..Запах дождя..
Все разное и все для меня
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

..Запах дождя.. > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Позавчера — суббота, 14 июля 2018 г.
... Dr.Heavy 11:21:33
21 апреля 1973 года теплоход «Феликс Дзержинский» совершал регулярный рейс из Иокогамы в Находку. Но так уж вышло, что эта дата навеки оказалась вписана в историю мировой рок-музыки: среди пассажиров теплохода были две мировые знаменитости. Барабанщик Джефф Маккормак и живая легенда – Дэвид Боуи.

У Боуи образовалась дырка в концертном графике, а еще в этот момент он всем сообщал, что страдает аэрофобией. Этот недуг потом довольно быстро прошел и был, как мы понимаем, всего лишь еще одним милым дополнением к тому образу, который в тот момент Боуи тщательно, скрупулезно лепил.

Подробнее…На теплоходе советские туристы музыкантов не признали, даже несмотря на то, что Боуи и Маккормак даже исполнили для пассажиров пару песен, и, с одной стороны, это уязвило самолюбие Дэвида, но с другой – позволило ему чувствовать себя максимально раскованно и наконец-то выдохнуть: в нем никто больше не видел эксцентричную рок-звезду, а просто считали его еще одним чудаковатым иностранцем, выходцем из капиталистического мира. Правда, как вспоминал Маккормак, «агенты КГБ преследовали нас повсюду» – хотя не исключено, что за вездесущих представителей спецслужб Джефф принимал обычных зевак, удивленных внешним видом Боуи. И в самом деле, сложно не заметить человека с гигантским рыжим начесом и сбритыми бровями – а Боуи в образе Зигги в тот момент выглядел именно так.

В Находке музыканты пересаживаются на поезд до Хабаровска. Им достается старинный вагон, который Боуи просто покорил. «Казалось, что мы во французском поезде начала века – с прекрасной деревянной обшивкой, старинными зеркалами и бархатными сидениями», – вспоминал он.

Ну а в Хабаровске артисты пересаживаются уже в обычный вагон СВ – и начинается многодневное путешествие Боуи в Москву. Ведет себя Боуи, по меркам советского человека, нарочито вызывающе – ходит по вагону в кимоно, привезенном из Японии, с соседями по вагону не общается. Зато сердобольные проводницы берут шефство над «иностранным мальчиком» и на остановках покупают Дэвиду ряженку, которая ему очень понравилась.

Периодически Боуи выходит гулять и на перроны – так, во время одной из таких прогулок он натыкается на едущих в том же поезде дембелей. Солдатам стало интересно, что же это за странный иностранец, который гуляет туда-сюда по перрону в ярко-желтом пальто с меховым воротником? Боуи же бродил не просто так: в купе не было открывалки, а ему очень хотелось попробовать советскую минералку, вскрыть которую без помощи специальных средств ему не представлялось возможным. Но советский солдат всегда готов прийти на помощь! Когда Боуи с помощью одного из солдатиков, плохонько знавшего английский, объяснил, что ищет открывалку, один из дембелей забрал у Боуи бутылку и зубами сдернул крышку, чем привел музыканта в неописуемый восторг.

Следующий эксцесс произошел во время продолжительной стоянки в Свердловске. Боуи вышел на перрон вместе с портативной 16-миллиметровой кинокамерой, на которую снимал все происходящее вокруг. Еще в Хабаровске его предупредили, что в СССР он может снимать все, что захочет, за исключением военных объектов – но Боуи, конечно же, не знал, что в Союзе все железнодорожные станции тоже относятся к числу военных объектов! Естественно, довольно быстро рядом с музыкантом возник человек в штатском и в темных очках и настоятельно потребовал отдать пленку.

Музыкант яростно отказывался открывать камеру и вытаскивать пленку, а гражданин в штатском был все более и более настойчив. Казалось, драка неотвратима – Дэвид распалялся все больше. Спасли Боуи все те же проводницы: они просто-напросто схватили Дэвида за шкирку и втащили в вагон, и поезд через несколько секунд тронулся. Гражданин в штатском остался на платформе, а ошеломленный Боуи отправился к себе в купе.

30 апреля четверка путешественников (компанию Боуи и Маккормаку составляли журналист Боб Мьюзел и фотограф Лии Чайлдерс) прибывает в Москву. Естественно, вся честная компания селится в «Интуристе» – и начинает исследовать столицу.

Москва кажется Боуи довольно чопорным городом, в отличие от Сибири, от которой у Дэвида остались довольно теплые воспоминания. Но зато в Москве идет первомайская демонстрация – и Боуи отправляется на Красную площадь. Демонстрация вызывает у Боуи совершенно детский восторг. Зрелище огромной толпы людей, движущейся в едином радостном порыве, изрядно впечатлило музыканта.

Тем временем приключения продолжаются: Чайлдерс обнаруживает, что у него истекла виза. С сопровождающим он отправляется в аэропорт, но оставлять Боуи ему не хочется. Лии отпрашивается в туалет – и делает ноги через форточку. Когда через несколько часов он материализовался в ресторане отеля, Боуи чуть дар речи не потерял, но через минуту набросился на Чайлдерса с руганью: «Кретин, это же Россия! Ты представь только, что они могут с тобой сотворить!» – завопил Боуи. И действительно – Чайлдерса довольно быстро доставили обратно в аэропорт и депортировали в Берлин.

А Дэвид продолжает гулять по Москве. Он заходит в ГУМ, где покупает сувениры: гигантские «семейные» трусы в цветочек и душистое мыло. Вместе с Боуи по Москве гуляет и Боб Мьюзел, уже не первый год работающий в СССР, и вместе они представляют довольно странную пару: разодетый в пух и прах Боуи ужасающе контрастирует с закованным в строгий черный костюм Мьюзелом.

Боб предлагает Дэвиду прокатиться на метро – и станция «Площадь революции» шокирует Боуи. Он, конечно же, старательно трет «на счастье» нос бронзовой собаки, фотографируется со скульптурами и не устает восхищаться красотой станций московской подземки. Завершается вечер в ресторане «Националя», где Боуи за обе щеки есть черную икру и шутит на тему того, что чувствует себя «чертовым лордом в каком-то фешенебельном отеле».

Итак, разрушен главный миф о неприступности и враждебности СССР: злые КГБ-шники не утащили Зигги в застенки и, вернувшись в Англию, Боуи мгновенно рассказывает о невероятной поездке своему ближайшему другу – Игги Попу. Музыканты решают повторить вояж, но на этот раз уже вдвоем.

Правда, вторая поездка Боуи в СССР оказывается не столь безоблачной. Дэвид и Игги через три года, в апреле 1976 года отправляются в Москву, но натыкаются на препятствие – в чемодане Попа обнаруживаются запрещенные к ввозу в СССР книги. Игги в тот момент был увлечен историей Второй мировой войны, и не нашел ничего лучше, как прихватить с собой сборник, озаглавленный «Застольные разговоры Гитлера», а также экземпляр «Майн Кампф». Естественно, что книжки сомнительного содержания при досмотре на границе были изъяты (что музыкантов ужасно разозлило) – а, что самое страшное, когда Боуи и Игги уезжали, книги им не вернули!


­­


Категории: David Bowie, Iggy Pop
четверг, 12 июля 2018 г.
find your dragon Determiness 18:56:46
Один из близнецов стоит у доски спиной к тебе, и ты обращаешь внимание на две вещи - на его каллиграфический почерк и на серебряные полоски на его кроссовках.
Надетый на горло оранжевый "эскалоп" заставляет горло неметь, а пальцы - судорожно сжиматься.

Ты не можешь пройти через это помещение - каждый раз человек из железа отрывает тебе голову и делает так до тех пор, пока ты не находишь арматурину и не разносишь вдребезги его грудь.
И не пускаешь очередь в голову второму.

"Если это зелье соприкасается с золотом..." - то у тебя едет крыша, девочка с сине-зелёными цветами в волосах и на пальцах и с непропорциональным лицом.

Ты рвёшь пустоту на куски, думая, что это враг.

В подземелье - пусто и гулко, тёмная вода постепенно поднимается до пояса, капает с потолка, а девочка с огромной копной каштановых волос упорно ищет своего дракона.

Ты кидаешь бутылку и бросаешься из окна, разбрызгивая стёкла.
Дом пожирает яростное пламя, но у тебя не получилось убить их.

Драконы не горят в огне.

Категории: Sweet dreams
понедельник, 9 июля 2018 г.
LXV| Amateia 19:00:46

В одном мире, но в разных реально­стях.

Сколько тут всего интересного, да уж, иметь аватар - забавно. На самом деле я тут много чего нахожу забавного. Одно из которых это чувства. Чувство вкуса, чувство касания, чувство своего аватара в пространстве и т.п. и т.д., самое классное - эмоциональные чувства. Это так офигенно испытывать весь спектр от низа до верха. Конечно же самые высокие - это приятные чувства такие как благодарность, радость, чувство того, что тебе ничего не нужно (счастье) и, самое главное, любовь. Из низких мне нравятся влюблённость и пристрастие, они такие медовые хе-хе, так отяжеляют и ввязывают тебя, ввязывают в человека, в котором ты хочешь утонуть, настолько прилипаешь и зависишь, что хочется жить в его теле, хе-хе. Конечно влюблённость ничего общего с любовью не имеет, это разная природа чувств.
Чувство вкуса, вкусовые рецепторы - прекрасно, прекрасно ощущать вкус орехов, ягод, овощей, фруктов. То как они у тебя растекаются по языку, как они тают и поступают в желудок... Жаль орехи так не растворяются.
Чувство тела... Божечки, я бы заобнимала свой аватар до переломов, но мой любимый пронырливый, любознательный и временами вредный мозг не позволит мне привысить допустимую норму, да и аватар мне мой пока нужен целёхонек и невредим, а то как же я буду ходить на любимую работу и подсказывать любимым (всем) покупателям где же у нас находятся Геркулес, полба, горчичный порошок и средства от насекомых ­­ .
Конечно все эти чувства это такой мусор, но это так офигенно. Божечки, я как ребёнок, который рад найденной старой игрушке.
Как же смешно от того что я пыталась избавиться от чувств ­­ маленькая дурёха, это же так офигенно. О-о-о, особенно мне нравилось испытывать страх, наверно это чувство мне нравится больше всего. В любой момент могу вызвать любое чувство... Прекрасно. НО... Но пора прекращать дурачится, а то это перерастёт ещё в одно прекрасное чувство - зависимость. Прекрасным я его нахожу потому что это выглядит как человек, который добровольно залез в паутину и страдает от того, что дурная привычка его "держит" и он "ничего" не может с ней сделать. Ах...
От всего этого голова кругом - так приятно. Я залезаю добровольно в паутину... заматываюсь и паук по имени "Чувства" сидит изображает испытываемые мною эмоции, усиливая моё состояние.
Кайф.
Вот только пауки у всех разные, у кого-то вредная привычка, а у кого-то человек.
А у моего паука такая очаровательная улыбка, такой очаровательный голос, такая красивая внешность... Ах... Но мне этого мало, я хочу большего... Аррр. Но большего не будет, его нынешнее положение - предел его сил, но я всё равно очарована таким привлекательным набором для меня.
Который раз я пишу, что пора прекращать? Ох уж эта зависимость... С 14 лет в плену у этого чувства. Ужас, как же это много и одновременно эти цифры ничто.
Всё старое, когда-то имевшее значение для меня, уже не имеет значение, оно такое ничто по-сравнению с теперь, оно не властно надо мной. Люди, к которым я заползала в паутину имеют для меня ровно такое же значение как и всё живое, да, временами развлекаюсь низкими чувствами (влюблённостью), но намерена это прекратить, а то ещё влюблюсь в жизнь и всё, конец.
Хе-х, самое забавное - отучить тело от дозы. Куда проще отучить плоть от внешнего наркотика (травка, мет), нежели от того, которое оно само может вырабатывать. Как никак уже 7 лет вырабатывает.
Этот 0,00001% прекрасен ­­


Категории: Мысли
— 117 — Olivia Nell 12:55:07

поведай о звёздах­ далёких­ мне


Вот, наконец, руки и дотянулись до событий. Пока во мне живёт это щемяще-спокойное чувство летней свежести и шума лесов.

С понедельника, когда завершились все остальные, насущные и местные дела, мы решили отправить в город на подачу документов. Заснула я лишь под утро, когда на стенах уже гуляли алые отблески поднимающегося солнца, а глаза слипались от усталости. Жара и собственные, мелочные, переживания не давали спокойно улечься и закрыть глаза. Подъём выдался ранним; меня подняли в половину шестого, поэтому удалось лишь перехватить треть бокала кофе, а потом в спешном порядке накраситься и собрать последние вещи в старый рюкзак, что служил мне верой и правдой несколько лет. Отец довёз нас до остановки, а там мы пересели в автобус.
В ушах играла лёгкая, любимая музыка, на экране сменялись интересные факты, беглым порядком озвучили гороскоп, который меня порадовал, но было жарко, а солнце слепило глаза.
Ехали мы наобум. Из-за Чемпионата маршруты в центре сменились, поэтому пришлось спрашивать у кондукторов и случайных людей куда мы, собственно, приедем, если воспользуемся тем или иным транспортом. В конечном итоге дорога привела нас именно туда, куда нам и надо было, и мы со спокойной душой отправились в первый пункт своего назначения — Мининский университет. Посмеялись, что за двадцать с лишним лет эти стены нисколько не изменились — всё такие же желтоватые оттенки и тёмный паркет.
Очередь была небольшой, и в один момент нас просто запустили сразу всей группой. Оказалось, что можно было вообще не приезжать, коль у вас есть сканер и принтер — заявление, которое не требовало никаких согласований с кем-то из университета, можно было заполнить в электронном виде, прикладывая к нему сканы документов. Была ещё одна, совсем небольшая, заморочка во всём этом, но тоже ничего сложного, поэтому, быстренько заполнив всё, что требовалось, мы неуверенно выпорхнули их аудитории. Стоял вопрос: а точно ли всё? Неужели так просто?
Женщина, у которой я уточняла, заверила, мол, да, всё, больше с вас ничего не требуется.
Первый пункт был сделан.

Следующей нашей остановкой был Лобачевский, а в непосредственной близости от него — Волго-Вятка.
С Лобачевским мы были умнее, поэтому электронное заявление заполнили заранее, ещё дома, внимательно просмотрев каждый пункт.
Мы шли по утопающей в тени деревьев аллее, что вела к нужному крылу, и было так хорошо и спокойно. За высоким забором шумели машины, шагали люди, спешащие по своим делам, а в этой уютном уголке было так спокойно и прохладно, что мне сразу же захотелось остаться именно в этом университете. Правда, тот факультет, куда подаю я, всё равно возле Мининского, поэтому данная аллея едва ли будет рядом.
Здесь всё оказалось ещё проще — нас сразу приняли, поскольку не было очереди, записали, всё подробно рассказали и расспросили, а потом отпустили, сказав, что к подлинникам требуются ещё и фотографии 3х4.
Мы уже успели обрадоваться, что всё закончиться быстро и легко. Пока не попали в Волго-Вятку.
Приёмная комиссия была на четвёртом этаже этого огромного здания в классическом стиле. Коридор оказался до невозможности душным и длинным, вместе с выпускниками старшего поколения здесь были и девятиклассники, которых принимали наравне с нами. От этого очередь, когда мы только пришли, начиналась на повороте, а когда уходили — у начала коридора. Стояли минут двадцать, я успела разговориться с соседями по очереди, расспрашивая их о планах и о том, куда подают они. Не обошлось, конечно же, без небольших казусов в общении, потому что я не могу без них совершенно. Но, в конечном итоге, нас приняли.
И оказалось, что и здесь надо было заполнить анкету. Снова.
Благо, после всего этого нас отпустили, и мы, со спокойной душой, отправились к бабушке, негромко обсуждая, что же именно нам купить. Время подходило к двум, а с самого утра мы ничего не ели совершенно.

Мы попали к бабушке к трём, нагрузив себя большой студенческой пиццой и роллами. Бабушка без перебоя предлагала нам то одно, то другое, пока мы не заверили её, что нам и так достаточно будет того, что мы прихватили. Тогда она достала красного вина, которое, после некоторых сомнений, налила и мне, мы наелись до отвалу и переместились в зал, где я тут же устроилась на кровати, приготовившись ко сну.
Спать хотелось ужасно. Кофе уже не спасало, глаза закрывались, и не хотелось никуда идти совершенно.
К нам завалился мой брат, который каким-то образом — причём достаточно легко — вытащил меня из квартиры, позвав на пруд. Купальник я с собой не взяла, но решила, что в шортах можно и ноги просто помочить, ничего страшного в этом не было. Мы заехали за его девушкой, мне выделили тёплую, мягкую подушку, в которую я тут же уткнулась носом и погрузилась в сладкую дрёму.
Меня разбудила знакомая музыка и ухабистая дорога, что начиналась прямо за новым микрорайоном. Вскоре показался и сам Зеркальный пруд, как его называют местные. Сначала я даже не поняла, чего же в нём такого особенного, а потом, когда мы расположились на берегу и вошли, увидела. Вода была абсолютно прозрачной, песчаное дно не способствовало загрязнению, поэтому всё было прозрачно-коричнева­тым.
Пришёл дождь, к нему добавились далёкие грозы и раскатистый гром. Запахло летней свежестью, сыростью и озоном, и было так хорошо и спокойно, что забылось обо всём.
Мы ещё с часа полтора просидели, просто разговаривая. Оля с братом обсыхали, греясь на выглянувшем солнце, я наблюдала за людьми и рассказывала им о некоторых событиях из жизни, о планах и ощущениях. Мы легко шутили, смеялись, обсуждая обстановку и людей, что стали нашей случайной компанией, а потом завалились в «Крым», накупили солёной рыбы и приехали домой к дяде и тёти. Тётя накормила нас, ласково обняв меня и обрадовавшись приезду, второй мой брат едва повернул голову из-за компьютера — видимо, даже по случае редкого приезда старшей сестры он не хотел отвлекаться от своих игр. Что ж. Я даже не удивилась.
Мы устроились на большой и мягкой кровати, Дима, некоторое время просидев с нами, ушёл в темноту и грозы темнеющих за окном суток, тётя убежала к бабушке и маме, потому что они тоже давно не виделись, да и требовалось кое-что отдать, и мы, недолго думая, включили фильм, поедая рыбку.

Раньше бы я, наверное, удивилась бы такому совпадению, но в этот раз лишь пожала плечами и подумала: «Суждено так, значит». Потому что фильм нам попался про перерождение. Интересная тема с тем, что у людей, чьи глаза похожи на определённым чёрточкам на радужках, являются реинкарнациями друг друга. Параллельно с этим рассказывала история трагичной любви наивной девочки, что до безумия верила в приметы и перерождение, и учёного, который пытался вырастить у существ, что изначально не видят, глаза.
Мне понравилась идея. В связи с собственными взглядами, я положительно восприняла раскрытие темы и подачу, а излишняя жестокость, которая была показана местами, давно не трогает меня в связи с обширным опытом в этом ключе. Оля с братом же несколько скептично отнеслись к этому, но им обоим тоже понравилось и развитие, и подача.

В конечном итоге, домой я завалилась в половине двенадцатого, уставшая и сонная до невозможности. И даже тогда сон пришёл не сразу, хотя тело, стоило расположиться на большой кровати, сразу же налилось тяжестью и заныло после насыщенного дня.
Единственное, о чём я подумала, когда мы уезжали — это о том, что, наверное, каждый день мой здесь, когда я переберусь, будет таким насыщенным, потому что вокруг меня замечательные, близкие люди, с которыми приятно проводить время.
И я им бесконечно благодарна за такое.

­­



Категории: Бархат лепестков стойкий, Камелия рассветная, О семье, На деревьях листва


..Запах дождя.. > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)

читай на форуме:
пройди тесты:
"Звонок в никуда..." часть 6
Дейдара,а ты вкусный... часть 3
Кто из Акацук запишит твоё имя в...
читай в дневниках:
Фанф №3
Админ!
я всё о том же...

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх